варианты постисторических путей развития
Feb. 2nd, 2006 07:47 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
grigoriisНемного об истории:
Фрэнсис Фукуяма в своей, очень много критикуемой (иногда даже справедливо), книге "Конец истории и последний человек", логично развивая идеи Гегеля об историческом процессе, сказал, что "либеральная демократия" - это та форма социального устройства, которая может полностью удовлетворить все потребности человека (в т.ч. потребность "признания"), и, соответственно, по мере утверждения этой общественной системы, больше не будет непреодолимых оснований для социокультурных и политических противоречий и конфликтов: наступает эпоха мира и благоденствия - человечество вступает в постисторическую эру.
Этого не произошло, как минимум из-за того, что до "либеральной демократии" (т.е., по контексту, до социального либерализма) большинству человечества явно далеко. Но и в тех странах, где социальный капитализм развернулся максимально полно и хорошо: дав нам новый историко-политический феномен - "государства всеобщего благоденствия" (welfare states), политическая борьба не закончилась (хотя конечно, надо отметить, облагородилась): история "поражений и побед" продолжается.
Но, Фрэнсис Фукуяма, на тот момент, упустил одно очень важное обстоятельство: постулируя наступление постисторического социального бытования, он остался полностью в историческом дискурсе: он не отметил непреходящего элемента истории: неизменность человеческой сущности, природы человека в широком смысле. Вся история - это история человека как константы. Человек исторический - не изменялся существенно для исторического процесса. На начало истории и в нынешний ее этап, мы имеем дело с одним существом: хомо сапиенсом. Развивались общества и культура: политика, технологии, знание. Но человеческое существо не менялось, ввиду, очевидно, стабилизирующего отбора.
Как бы то ни было, но этот эмпирический факт являлся и является (без дополнительной рефлексии на сей счет, так как это справедливо было для всех очевидностью, умолчанием), тем не менее, основанием для политического, морального и юридического равенства всех ныне существующих людей. Теперь, и в следствии компетентной критики, и просто поразмыслив еще, Фрэнсис Фукуяма дополнил себя этой важной оговоркой в виде книги "Наше постчеловеческое будущее: последствия биотехнологической революции". Он теперь не столь категоричен, но остался "верен" своей убежденности в наибольшей адекватности либеральной демократии для вида homo sapiens. Может быть, не берусь критиковать такую позицию: у нее есть вполне убедительные доводы: наличие таких обществ (welfare states) и их неоспоримые достоинства.
Но, если, выйти за пределы исторического дискурса (т.е. мы не будем считать человека [нынешнее разумное существо] неизменяемым по умолчанию), то, надо отметить, что "мы" имели в доисторическое время еще и дочеловеческое прошлое. Имел место антропогенез: появляется человек, далее происходит социогенез: появляются общества: начинается история. Далее, разумно предположить, что состояние "человека", вероятно, также не бесконечно, и эволюция (если не принять особых политических решений: по поддержанию стабилизирующего отбора, например, и соответствующему социальному контролю над технологиями, etc) продолжается в том смысле, что стадия "человека" останется в прошлом. Мы не знаем будущее наверняка, но для определенности говорим о последующих этапах эволюции разумной жизни как о постчеловечестве. Т.е. мы имеем "конец истории" и начало постистории: история человека заканчивается и начинается история постчеловека или постистория.
Не уверен, что для постчеловечества блага либеральной демократии останутся актуальны: природа изменится, культура изменится: в частности - непредсказуемы дальнейшие технологические возможности. Я, немного интуича, немного спекулируя, полагаю, что более адекватным термином, для описания возможного нового оптимального "социального" состояния, является "коммунизм". Но это лишь гадание на кофейной гуще и игра словами.
Но, в любом случае, Фукуяма - член Совета по биоэтике при президенте США, и возможно, некоторые параметры вероятного будущего закладываются в политическом процессе и сейчас. Но пока все же человечество еще не вполне осознанно управляет будущим, хотя, благодаря Фукуяме и пр. социальным философам, мы постепенно начинаем понимать суть происходящего с нами.
Фрэнсис Фукуяма в своей, очень много критикуемой (иногда даже справедливо), книге "Конец истории и последний человек", логично развивая идеи Гегеля об историческом процессе, сказал, что "либеральная демократия" - это та форма социального устройства, которая может полностью удовлетворить все потребности человека (в т.ч. потребность "признания"), и, соответственно, по мере утверждения этой общественной системы, больше не будет непреодолимых оснований для социокультурных и политических противоречий и конфликтов: наступает эпоха мира и благоденствия - человечество вступает в постисторическую эру.
Этого не произошло, как минимум из-за того, что до "либеральной демократии" (т.е., по контексту, до социального либерализма) большинству человечества явно далеко. Но и в тех странах, где социальный капитализм развернулся максимально полно и хорошо: дав нам новый историко-политический феномен - "государства всеобщего благоденствия" (welfare states), политическая борьба не закончилась (хотя конечно, надо отметить, облагородилась): история "поражений и побед" продолжается.
Но, Фрэнсис Фукуяма, на тот момент, упустил одно очень важное обстоятельство: постулируя наступление постисторического социального бытования, он остался полностью в историческом дискурсе: он не отметил непреходящего элемента истории: неизменность человеческой сущности, природы человека в широком смысле. Вся история - это история человека как константы. Человек исторический - не изменялся существенно для исторического процесса. На начало истории и в нынешний ее этап, мы имеем дело с одним существом: хомо сапиенсом. Развивались общества и культура: политика, технологии, знание. Но человеческое существо не менялось, ввиду, очевидно, стабилизирующего отбора.
Как бы то ни было, но этот эмпирический факт являлся и является (без дополнительной рефлексии на сей счет, так как это справедливо было для всех очевидностью, умолчанием), тем не менее, основанием для политического, морального и юридического равенства всех ныне существующих людей. Теперь, и в следствии компетентной критики, и просто поразмыслив еще, Фрэнсис Фукуяма дополнил себя этой важной оговоркой в виде книги "Наше постчеловеческое будущее: последствия биотехнологической революции". Он теперь не столь категоричен, но остался "верен" своей убежденности в наибольшей адекватности либеральной демократии для вида homo sapiens. Может быть, не берусь критиковать такую позицию: у нее есть вполне убедительные доводы: наличие таких обществ (welfare states) и их неоспоримые достоинства.
Но, если, выйти за пределы исторического дискурса (т.е. мы не будем считать человека [нынешнее разумное существо] неизменяемым по умолчанию), то, надо отметить, что "мы" имели в доисторическое время еще и дочеловеческое прошлое. Имел место антропогенез: появляется человек, далее происходит социогенез: появляются общества: начинается история. Далее, разумно предположить, что состояние "человека", вероятно, также не бесконечно, и эволюция (если не принять особых политических решений: по поддержанию стабилизирующего отбора, например, и соответствующему социальному контролю над технологиями, etc) продолжается в том смысле, что стадия "человека" останется в прошлом. Мы не знаем будущее наверняка, но для определенности говорим о последующих этапах эволюции разумной жизни как о постчеловечестве. Т.е. мы имеем "конец истории" и начало постистории: история человека заканчивается и начинается история постчеловека или постистория.
Не уверен, что для постчеловечества блага либеральной демократии останутся актуальны: природа изменится, культура изменится: в частности - непредсказуемы дальнейшие технологические возможности. Я, немного интуича, немного спекулируя, полагаю, что более адекватным термином, для описания возможного нового оптимального "социального" состояния, является "коммунизм". Но это лишь гадание на кофейной гуще и игра словами.
Но, в любом случае, Фукуяма - член Совета по биоэтике при президенте США, и возможно, некоторые параметры вероятного будущего закладываются в политическом процессе и сейчас. Но пока все же человечество еще не вполне осознанно управляет будущим, хотя, благодаря Фукуяме и пр. социальным философам, мы постепенно начинаем понимать суть происходящего с нами.
